Жили почти как чужие, каждый в своей комнате. Петр почти не разговаривал с женой или отвечал нехотя, сквозь зубы, часто раздражался. Раньше он сам закупал продукты, заезжал за ней на машине, чтобы отвезти домой после работы, а в последние годы машиной пользовался он один. Он перестал привозить продукты, мотивируя тем, что ему некогда бегать по магазинам, на самом деле он не хотел тратиться. Денег он ей не давал, но преспокойно ел ужин из купленных женой продуктов.
Будучи никчемным неудачником, он ревновал жену даже к её успехам. Временами Петр как будто назло мешал ей работать, злился, когда она работала ночами: "Выключи это чертов компьютер, ты мешаешь мне спать!", - скандалил, что в доме не прибрано или у него нет чистой рубашки. "Женился на деловой даме, а в доме бардак, - брюзжал он. - Даже в столовой и то лучше кормят".
Вся домашняя работа лежала на плечах Жанны, и она с ними вполне справлялась, готовила она тоже неплохо. Но мужу все было не так, он ко всему придирался и всем был недоволен - то она ушла на работу рано и не успела приготовить ему завтрак, то купила не тот сорт овсянки, какой он любит, то пережарила отбивные. На её просьбы помочь, когда она была больна, занята или устала, Петр неизменно отвечал, что его "социальное положение не позволяет ему унизиться до кухонных обязанностей". Даже помыть машину он считал ниже собственного достоинства и платил соседу, чтобы тот привел её в порядок
<< назад вперед >>